среда, 29 августа 2012 г.

Женщины с ружьем: НАТАЛИ МЕНИГОН


Натали Менигон (Nathalie Ménigon) – участница и основательница французской леворадикальной группировки «Action Directe» (Прямое действие). Организация придерживалась анархо-коммунистической и автономистской идеологии и совершила серию террористических атак во Франции в промежуток между 1979—1987 годами. Появилась как «военно-политическая часть автономистского движения» в 1978 году в ходе объединения группировок «NAPAP» (Новая армия за народную автономию) и «GARI» (Автономные революционные интернациональные группы). Свое название организация взяла от политической теории прямого действия и провозгласила, что перед лицом терроризма власти наиболее эффективная форма борьбы - непосредственная революционная акция. В 1979 году «Action Directe» переросла в повстанческую организацию, действующую в рамках городской партизанской войны. Группировка проводила нападения на объекты символизирующие капитализм, а также на власть имущих, рассматривая свою борьбу против империализма как пролетарскую самооборону. В августе 1985-го «Прямое действие» объединилось с немецкой «Фракцией Красной Армии» (RAF).


Натали Менигон родилась в 1957 году в семье рабочего. В 1975 года она устроилась на работу в банк «CFDT», откуда ее, после забастовки, уволили. После чего она присоединилась к автономной коммунистической группе «Camarades», проповедовавшей социальное восстание и поддерживавшей леворадикальных итальянских партизан. Натали начинает думать и о необходимости вооруженной борьбы. В 1978 году вместе с Жаном Марком Руийоном она создала группировку «Action Directe». Основное направление их деятельности – пропаганда левых идей, выступления против капитализма, борьба за улучшение условий жизни иммигрантов. Группировка сразу же переходит к «прямому действию» - устраивают теракты против офисов крупных фирм и ассоциаций работодателей, полицейских участков и военных объектов. Для получения средств на ведение борьбы, организация производит акции пролетарской экспроприации из банковских учреждений, с 1979 по 1981 год «Action Directe» удалось «заработать» 100 млн. франков. Натали Менигон в революционном запале превосходила многих своих соратников. При аресте, когда мужчины поднимали руки вверх, она поднимала оружие.


«Прямое Действие» совершило около 50 нападений, включая вооруженное нападение на Государственный Профсоюз Французских Предпринимателей, совершенное 1 мая 1979 года. В 1980 году организация устроила взрыв в аэропорту Орли, в результате которого было ранено 8 человек. В сентябре 1980 года Натали Менигон и Жан Марк Руийон были схвачены полицией. При аресте Натали отчаянно сопротивлялась, устроив стрельбу из пистолета и ранив нескольких полицейских. Тем не менее, в сентябре 1981 года ее освободили по амнистии для политических заключенных.


«Action Directe» продолжила свою деятельность по поддержке иммигрантов, сотни турецких семей нашли себе работу благодаря ей. После нападения в 1982 году Израиля на Ливан, «Action Directe» начала бороться с новым врагом, теперь объектом их атак стали израильские учреждения, а также рестораны принадлежащих евреям. «Прямое действие» объявлено правительством вне закона и для Натали наступает время подпольной борьбы. Она продолжает организацию атак на правительственные здания, агентства управления недвижимостью, армейские части, военно-промышленные комплексы. В первой половине 80«Action Directe» выступает, как организация, объединяющая западноевропейских террористов, сотрудничает с «Красными Бригадами» и «RAF», чему способствовало местонахождение штаб-квартир ряда западноевропейских террористических организаций на территории Франции. 15 января 1985 года «Action Directe» и «Фракция Красной Армии» (RAF) подписывают декларацию об объединении и начинают осуществлять террор против учреждений и персонала НATO, предпринимают нападения на военных специалистов замешанных в торговле оружием.


25 января 1985 года боевиками «Прямого действия» перед своей резиденции в Ла-Сель-Сен-Клу был убит чиновник Министерства Обороны Франции инженер-генерал Рене Одран, ответственный за продажу вооружения в Ирак. В ноябре 1986 года был застрелен генеральный директор автоконцерна «Рено» Жорж Бесе, в прошлом - президент европейской компании связанной с обогащением урана, 10% акций которой принадлежали Ирану. Кроме того, Бессе был специалистом по жесткому обращению с людьми. Он мог увольнять за один раз несколько десятков тысяч рабочих (однажды он уволил 25 тыс. рабочих автомобильного концерна), поэтому многие французские пролетарии сочувствовали убийцам.


За эти убийства 21 февраля 1987 года Натали Менигон была арестована и приговорена к пожизненному заключению. Однако во время суда Натали и Жоэлль Оброн отрицали свою причастность к этим преступлениям. Кроме того, они вместе с другими боевиками «Прямого действия» были обвинены в подрыве военно-воздушной базы «Рейн-Мэйн» во Франкфурте, в результате которой погибло 2 человека, несмотря на то, что акция была совершена «RAF». В тюрьме члены радикальной группировки не прекращали начатой борьбы и передали на свободу свое революционное послание: «Мы, бойцы «Action Directe», заключены в тюрьму в феврале 1987 года. После нашего ареста французское правительство стало символом репрессий против левых партизан в Европе. Нас подвергли строжайшей изоляции. Первого декабря 1987 года мы начали нашу первую голодовку против этой изоляции. Мы собирались продержаться до 15 апреля 1988 года. За это время мы были на 5 судах. Плохо себя, чувствуя, в полубессознательном состоянии, мы сражались с полицейскими, которые пытались насильно накормить нас. Разве все это не достойно считаться лучшей демонстрацией сути власти?


На суд явились два министра и бывшие министры, которые говорили о достоинствах Биссе. Эдит Крессон назначила Биссе руководить концерном "Рено", когда она была Министром промышленности и внешней торговли. Андре Гира также был министром в прежнем правительстве. Ничего, казалось бы, противоречащего нет в том, что двух высокопоставленных лиц использовали в процессе против «4 фанатиков», потому СМИ приветствовали то, что многих из нас осудили на 18 лет тюрьмы, а они сами праздновали победу над левыми революционерами. После этого и после окончания нашей первой голодовки нам смягчили условия содержания, но через пару месяцев нас снова ждала изоляция.


В апреле 1989, мы снова начали борьбу за отмену изоляции. В июле 1989 нам обещали, что нас хотя бы разместят так, чтобы мы могли говорить друг с другом (это обещание никогда не было выполнено). С осени мы были посажены в 4 камеры, словно специально придуманные для нас. В январе 1991 года мы начали новую борьбу. Теперь мы требовали не только прекратить эту изоляцию. Теперь мы требовали изменить всю систему наших тюрем. В течение более чем двух лет, до апреля 1993 года, мы голодали каждый по неделе, сменяя друг друга. В мае 1994 года мы окончательно были осуждены. Еще до суда стало ясно, что этот цикл революционной борьбы закончился. Да, за это время могли быть ошибки. Но одно ясно – «Прямое действие» было самым продвинутым выражением этого цикла. Это и объясняет такую суету власти вокруг нас.


Будущее покажет, каким именно был наш вклад в длинную борьбу пролетариата за свою свободу. Как и многие в наше время, да и раньше, в прошлом, мы сделали свой выбор и отдали свои жизни полностью. Мы ни о чем не жалеем. Наши индивидуальные жизни переплетаются с длинным путем пролетариата к своей свободе»



Западная пресса из любви к броским названиям называла Натали Менигон «дикой фурией». Просидев почти 20 лет, в августе 2008 года она была амнистирована и выпущена из тюрьмы условно-досрочно, под надзор полиции.


Также доступно в разделе ЖЕНЩИНЫ С РУЖЬЕМ:

1 комментарий:

  1. СПАСИБО ЗА ПРОСВЕЩЕНИЕ! НАРОД ДОЛЖЕН ЗНАТЬ СВОИХ ГЕРОЕВ. АГБ

    ОтветитьУдалить